Георгий Сурков

Он и раньше был известным, достаточно популярным не только среди телезрителей, но и, как положено одному из ведущих спортивных комментаторов, в мире спорта. Но Олимпиада в Калгари стала для Георгия Суркова, как и для советских лыжников, о которых он рассказывал, «звездной». Не случайно в своих письмах в редакцию читатели назвали Суркова олимпийским комментатором № 1.

— Георгий Анатольевич, — начинаем мы разговор,— ваши репортажи из Кэнмора заняли почти пятую часть всего олимпийского прямого эфирного времени ЦТ...

— Да, это мой рекорд: 22 часа, почти сутки, рассказывал я телезрителям о лыжных гонках, Но вы знаете, усталости не ощущал. Победы наших ребят, праздничная атмосфера небольшого курортного городка были тем самым «допингом». Усталость навалилась после, когда вернулся в Москву. Но это была приятная усталость.

— Признаться, до нынешней зимы я не был поклонником лыжных гонок. Но после ваших репортажей из Калгари почувствовал красоту и зрелищность этого вида спорта. В чем секрет «заразительности» ваших репортажей?

— Ну прежде всего спасибо за комплимент. На Олимпиаду я привез с собой досье, весившее 20 килограммов. В досье была самая необходимая информация обо всех участниках состязаний. Накануне стартов, имея уже на руках протоколы, схему трассы, прогноз погоды, я до глубокой ночи «утопал» в информации и «расклеивал» предстоящую гонку, все возможные ее варианты, составлял «портреты» вероятных лидеров.

— И все же, как вы держали в уме тот огромный объем информации?

— Комментатор обязан по уровню своей осведомленности стоять на голову выше зрителя, иначе последнему будет просто скучно. Я же, кроме того, что постоянно держу себя «в курсе», вот уже не первый год составляю программки к лыжным соревнованиям у нас в стране. Это меня дисциплинирует, профессионально обогащает.

— Выходит, вы еще и пишущий журналист?

— В 1963 году я закончил Московский областной институт физкультуры и одновременно завершил свою спортивную карьеру: занимался греблей и в 1959 году даже стал чемпионом СССР. Мне предложили попробовать свои силы в «Московском комсомольце». Им нужен был человек, который бы писал о спорте и, естественно, знал его. Пришел в редакцию. Познакомились. Устроили мне экзамен: напиши о том-то... Тут же сел на подоконник, покряхтел — написал. Посмотрели, говорят: «Пойдет».

— Ну а как попали в комментаторы?

— В 1964 году советское телевидение впервые показывало Олимпийские игры. И меня, как бывшего спортсмена, заметного по газетным публикациям, пригласили на ЦТ консультантом. Отработал Олимпиаду, и на этом мое сотрудничество с телевидением закончилось. А спустя два года началась самая настоящая работа. Никогда не забуду первый выход в эфир. В студии брал интервью у тренера сборной СССР по парашютному спорту. По моей просьбе перед эфиром тренер сам продиктовал мне вопросы, на которые бы он ответил, и... пошло-поехало: коленки дрожат, пот ручьем, от волнения бумажку с вопросами смял. Минуте на второй-третьей не слышал уже ни себя, ни собеседника. Как все закончилось? Опомнился, когда погасли юпитеры…

— И в 1968 году вы дебютировали на летней Олимпиаде?

— Летя в Мехико, над океаном, впал в сентиментальность. Уткнулся в иллюминатор и, еле сдерживая слезы счастья и гордости, прокручивал в памяти прожитое. В 1963 году, когда на соревнованиях определялась олимпийская сборная по гребле, мы с Виктором Алешиным в двойке буквально «спичечный коробок», проиграли основным конкурентам путевку на Олимпиаду. Тогда перед возвращением в Москву на вокзале ко мне подошла цыганка и, узнав, что я спортсмен, нагадала мне: «Знаешь, милый, на эту Олимпиаду ты не поедешь, а вот на следующую — обязательно!» Тогда, конечно, я лишь усмехнулся…

С 1972 года я уже обслуживал все зимние и летние Игры. Вернее, почти все.

В сентябре 81-го, когда наши хоккеисты выиграли Кубок Канады, бывшему председателю Гостелерадио СССР С. Г. Лапину показалось, что я слишком уж сдержанно и как будто безрадостно рассказал в программе «Время» об этой победе: «даже не улыбался, испортил праздник советскому народу». На несколько лет лишился любимой работы.

— Миллионы людей знают вас в лицо. Некоторые думают: счастливчик, языком работай да в камеру улыбайся, никаких проблем...

— Согласен только с тем, что я счастливчик. Действительно, мне повезло в жизни. Что касается «непыльной» работы, то должен разочаровать — самая что ни на есть пыльная работа. Выход на экран — это лишь миг, миг, вобравший огромный объем повседневной, будничной, порой нервной работы. Это как рекордный прыжок — великолепный миг победы, за которым тяжелый груз тренировочных будней. Я до сих пор, несмотря на двадцатилетний стаж работы, с трудом одолеваю волнение, когда веду спортивный выпуск программы «Время», а гаснет лампочка на «моей» камере — вытираю пот. И независимо — хорошее у тебя настроение или нет, одолевают ли житейские заботы или вдруг за минуту до эфира зуб «заныл» — будь бодр и свеж. Это тоже труд, как и весь нашего брата-комментатора большей частью невидимый.

— Случались ли в работе «пиковые» ситуации?

— Как-то вел прямой репортаж по соревнованиям «восьмерок» в академической гребле. А молодая монтажница в студии по неопытности взяла да и пустила «картинку»... вверх ногами. Представляете? Что делать? Пришлось по ходу импровизировать: «А сейчас товарищи, вы видите отражение «восьмерки» в воде...

В 1976 году на Олимпиаде в Инсбруке мне довелось комментировать состязания прыгунов с трамплина... не видя самих соревнований. У меня в Инсбруке на мониторе изображение пропало. Пришлось целый час комментировать то, чего не вижу: через наушник я слушал своего редактора из Москвы, который передавал мне, что происходит на экране.

— Как стать спортивным телекомментатором?

— Не просто. Хотя бы потому, что никто подготовкой комментаторов у нас не занимается. С одной стороны, небольшой штат Главной редакции спортивных программ не позволяет нам пополняться новыми кадрами, а с другой — зачастую и пополнять его некем.

Нынешний год мы с коллегами называем годом 50-летия. Таков уже возраст многих журналистов нашей редакции, многим — и более того. По составу наша редакция одна из самых старых на Гостелерадио. И, конечно, нуждаемся мы в молодом пополнении. Я считаю своим профессиональным долгом подготовить себе смену. Среди моих учеников один — Николай Попов — уже дебютировал на «большом экране» спустя годы напряженного совместного труда.

— Так, значит, долг вы свой выполнили?

— Об этом не мне судить. Я считаю главной задачей спортивного комментатора пропаганду физической культуры, «своего» вида спорта. Как-то Света Нагейкина, ставшая в Калгари олимпийской чемпионкой, призналась мне: «А ведь я встала на лыжи, полюбив их после ваших репортажей. Спасибо».

Это самая дорогая моя награда.

Беседу вели Ю. Ларионова и В. Прокопенко.

«Комсомольская правда», 21 июня 1988 г.

Указом Президиума Верховного Совета СССР Сурков Георгий Анатольевич за освещение Игр в Калгари награжден орденом «Знак Почета». Поздравляем!



Комментарии

comments powered by Disqus